В душе мальчика пробудилась невольная благодар­ность к людям, тепло приютившим у себя в доме его а Гальку.

Вот она сидит, поздоровевшая, розовенькая, пополнев­шая за этот месяц, сидит между ним и Алей Голубиным, самым тихоньким из мальчуганов, и старательно выводит €буквы на аспидной доске.

Пишет их и Орля, так как Валентина Павловна вы­разила желание, чтобы оба они с Галькой, как можно скорее, выучились читать и писать.

К Валентине Павловне и к Ляле, выходившим Гальку точно так же, как они выходили и его, Орлю, у Орли ка­кая-то необыкновенная преданность. Ради "барыни-ба­бушки" и "барышни Ляли", как он называет обеих, он готов в огонь и в воду.

Любит он и Счастливчика, потому что изящного, ма­ленького, как игрушка, хрупкого и доброго сердцем мальчика любят все: его нельзя не любить.

Любит веселого Мик-Мика, своего первого заступ-пика.

Алю же Голубина Орля втайне презирает за голуби­ную кротость и еще за то, что Аля очень подружился с Галькой за последнее время, и Орля боится, что Аля совсем отнимет у него сестру.

Но кого он положительно не выносит, так это Аврору Васильевну, няню Степановну, Франца и Ваню с Ивасем.

Первая очень требовательна, придирчива и строга; няня Степановна и Франц не могут никак примириться с тем, что цыганские нищие ребята сидят за одним сто­лом с их господами, а они, в качестве прислуги, должны им подавать и служить.

-- У-у! Чего пялишь цыганские буркалы, волчо­нок? -- часто, встретив горящие глаза Орли, ворчит ня­ня.-- Того и гляди, наживешь с тобою бед.