В одну минуту я поверяю тете и Катишь, что m-lle Рабе -- "придира", а m-lle Вульф -- "дуся" и такая красавица, что ни в сказке сказать, ни пером описать. И что Колибри ужасный "командир" и все ее боятся в классе, что Зернская, батюшкина дочка, у нас первая ученица, что Лоранову прозвали "королевой", хотя она совсем не похожа на королеву и что Петруша мне больше всего нравится, хотя она смотрит в глаза своей противной "аристократке".
Тетя и Катишь слушают меня и счастливо улыбаются. Им кажется, что снова вернулась к ним прежняя Лидюша и что эта смешная, неуклюжая девочка в зеленом камлотовом платье принадлежит им снова вся, с головы до ног.
-- А я тебе радость привезла! -- говорит тетя.
-- Какую?
-- Угадай!
-- Кизиловое варенье принесла, мое любимое?
-- Это само собой: и кизиловое, и морошку. Только то, что я хочу сказать, лучше чем варенье.
-- Ну, тогда тянучки от Кочкурова?..
-- Лучше, нежели и тянучки! -- смеется Катишь.
-- Ну, тогда... тогда... я уж решительно не понимаю... -- и я развожу руками, окончательно сбитая с толку.