Господи! Я ли это? Этот высокий, худенький, стройный мальчик с коротко остриженной головою, с огромными глазами, занимающими добрую треть его желто-бледного лица, этот худенький мальчик, неужели это я -- Лидия Воронская?
-- О, какая дурнушка! -- сокрушенно произнесли запекшиеся от жара губы худенького мальчика, и я бросилась на груд одной из теток, как бы ища у нее защиты от того маленького урода, который выглянул на меня из стекла...
ГЛАВА V.
Принцесса покидает четырех добрых волшебниц.
– Что, Лидюша встала?-- услышала я, после моего выздоровления, знакомый голос в одно теплое апрельское утро, когда, сидя подле Линуши, перебирала коклюшки для плетенья кружев.
-- Встала... давно! -- донесся из прихожей голос тети Оли.
Затем она значительно тише прибавила:
-- Неужели же сегодня, Алексей?
-- Что сегодня? что будет сегодня?-- так и встрепенулась я и стремительно взглянула на Лину.
Она была очень взволнована, моя младшая тетка, и старательно избегала моих глаз. Вдруг в комнату вошла тетя Лиза. Она была бледна тою особенною бледностью, которая свойственна мертвецам.