И только Шура хотел сказать, что он и крокодилов не боится, как вдруг они слышат - за дверью, в сенях, кто-то негромко топает ногами по полу: топ... топ... топ... шлёп... шлёп... топ... топ....
Как бросится Петя к Шуре на кровать! Они закрылись с головой одеялом, прижались друг к другу. Лежат тихо-тихо, чтобы их никто не услышал.
- Не дыши, - говорит Шура Пете.
- Я не дышу.
Топ... топ... шлёп... шлёп... топ... топ... шлёп... шлёп...
А через одеяло всё равно слышно, как кто-то за дверью ходит и ещё пыхтит вдобавок.
Но тут пришли папа с мамой. Они открыли крыльцо, вошли в дом, зажгли свет. Петя и Шура им всё рассказали. Тут мама с папой зажгли ещё одну лампу и стали смотреть по всем комнатам, во всех углах. Нет никого.
Пришли в сени. Вдруг в сенях вдоль стены кто-то как пробежит в угол... Пробежал и свернулся в углу шариком. Смотрят - да это ёжик!
Он, верно, из леса забрался в дом. Хотели его взять в руки, а он дёргается и колет колючками. Тогда закатали его в шапку и унесли в чулан. Дали молока в блюдце и кусок мяса. А потом все заснули. Этот ёжик так и жил с ребятами на даче всё лето. Он и потом пыхтел и топал ногами по ночам, но никто уже его не боялся.