Эти клады и инвентарь могил показывают, как местные металлурги, работавшие на своих воинственных хозяев, сумели, соединяя различные чужеземные традиции, создать разнообразные оригинальные изделия — алебарды, имитирующие позднейшие ирландские образцы, но с орнаментом в виде желобков и треугольников и укрепленные в бронзовой рукояти (рис. 98, 1), своеобразные узкие двойные топоры, кинжалы, выкованные из цельного куска металла с бронзовой рукоятью и клинком или овальным, в подражание итальянским кинжалам (см. рис. 58), или плоским, как у отделанного золотом англо-бретонского оружия.
Изделия местных кузнецов вывозились в Северную Германию и — через Польшу — в Восточную Пруссию. Оттуда и из Дании получали в обмен янтарные бусы, которые в свою очередь служили для обмена с Чехией, Венгрией и Италией.
Хотя формально они принадлежат к раннему бронзовому веку, могилы и клады, содержащие эти изделия, все же относятся к сравнительно позднему времени. Английские топоры из кургана в Лейбингене и из клада в Дискау, близ Галле, по-видимому, принадлежат по крайней мере к переходной фазе между ранним и средним бронзовым веком. Ирландские алебарды, подражанием которым являются местные изделия, сильно отличаются от древнейших ирландских образцов. Одна центральногерманская алебарда была найдена вместе с топором, снабженным втулкой. В районе Заале — Эльбы фактически нет могил и кладов, принадлежащих по
Рис. 98. 1 — алебарда с бронзовой рукоятью (1/6); 2 — клинок алебарды из кургана в Лейбингене (1/3).
тину к среднему бронзовому веку. Следовательно, бронзовый век в Центральной Германии совпадает со второй половиной IV дунайского периода и продолжается в V периоде. Этого факта достаточно для опровержения высказанного фашистскими «учеными» мнения, будто родиной бронзовых изделий была Центральная Германия, откуда они распространились вплоть до Анатолии и Месопотамии. Около 1400 г. до н. э. Центральная Германия только что достигла того уровня развития, который на Верхней Эльбе был достигнут столетием раньше.
Глава XI. Конец лесных культур
В течение долгого времени после того, как на лёссовых почвах Центральной Европы и на побережье Атлантического океана упрочилось земледелие, на обширной лесистой равнине Северной Евразии племена, занимавшиеся собирательством, сохранили хозяйство мезолитического периода, столь хорошо приспособленное к окружающей среде. И даже когда большая часть групп по всему побережью Северного и Балтийского морей и даже в Средней России уже освоила хозяйство нового, неолитического периода, группы, занимавшиеся охотой и рыбной ловлей, продолжали вести образ жизни, который так подходил к окружавшей их обстановке, и сохранили многие из орудий, созданных еще в бореальной фазе. В самом деле, с того времени рыболовство достигло у них такого развития, что эти племена смогли перейти к оседлому образу жизни на удобных для рыболовства берегах морей, рек или озер и заняться производством керамики. Мало того, главным образом их гончарные изделия, находимые в почвах, неблагоприятных для сохранения кости, как, например, в Восточной Англии и на нижнем Рейне, дают современным археологам возможность опознать этих последних собирателей среди их неолитических соседей.
Везде эта примитивная посуда отражает в повторяющихся общих чертах единообразие в основном хозяйства и традиции, несмотря на определенные, вполне естественные местные уклонения. Все сосуды изготовлены из грубой глины путем наращивания глины кольцами одно на другое и плохо обожжены. Форму всех сосудов можно назвать яйцевидной. Основу орнамента неизменно составляет один и тот же узор — ямки, расположенные горизонтальными полосами. Почти везде они комбинируются с отпечатками разнообразных штампов крученого шнура, острия раковины, зазубренной гальки или костяного гребня, сочленения двух костей птичьей лапки или клинышков, расположенных опять-таки, как правило, горизонтально.
