— Сколько следовает. Пей, осел!
— Доброе дело. С праздником, Степан Максимыч! С воскресным днем! А вы что же?
— И я… И я пью…
— Очень приятно… Всё это, собственно говоря, очень благополучно и обольстительно, Степан Максимыч! Так-с… А позвольте вас спросить, рублей десять получаете?
— Ха-ха! Разве можно барину на десять целковых прожить? Что ты? Он сто получает!
Степан посмотрел на сказавшего это и узнал в нем брата Семена, который сидел и углу на скамье и пил. Из-за Семена выглядывала пьянеющая физиономия дьячка Манафуилова и преехидно улыбалась.
— Позвольте вас спросить, господин, — заговорил Семен, снимая шапку, — у барыни хорошие лошади или нет? Вам ндравятся?
Степан молча налил себе водки и молча выпил.
— Должно быть, очень хорошие, — продолжал Семен. —Только жаль, что кучера нет. Без кучера не того…
Манафуилов подошел к Степану и покачал головой.