Прямой носик, дивный бюстик, чудные волосы, прелестные глазки – ни одной опечатки! Прокорректировал и женился.
– Ты должна будешь принадлежать только одному мне! – сказал я ей, женясь. – Розничную продажу безусловно запрещаю! Помни!
На другой день после свадьбы я уже заметил в своей жене некоторую перемену. Волосы были жиже, щеки не так интересно-бледны, ресницы не адски черны, а рыжи. Движения уже были не так мягки, слова не так нежны. Увы! Жена есть невеста, наполовину зачеркнутая цензурой!
В первом полугодии я застал у нее фендрика, который лобызал ее (фендрики любят gratis’ные[105]Даровые (лат.). удовольствия). Я объявил ей первое предостережение и во второй раз, строго-настрого, воспретил розничную продажу.
Во втором полугодии она подарила меня премией: у меня родился сынишка. Я поглядел на него, поглядел на себя в зеркало, опять поглядел на него и сказал жене:
– Сюжет заимствован, матушка! По роже вижу! Не обманешь!
Сказал и объявил ей второе предостережение с воспрещением попадаться мне на глаза в продолжение трех месяцев.
Но эти меры не подействовали. На втором году у моей жены был уже не один фендрик, а несколько. Видя ее нераскаяние и не желая делиться со своими сотрудниками, я объявил ей третье предостережение и выслал ее вместе с премией на родину под надзор родителей, где она находится доселе.
Гонорар родителям за кормление жены высылается ежемесячно.