– Увертюра, – объяснялся я в любви, – навела меня на некоторые размышления, Зоя Егоровна… Столько чувства, столько… Слушаешь и жаждешь… Жаждешь чего-то такого и слушаешь…
Я икнул и продолжал:
– Чего-то такого особенного… Жаждешь неземного… Любви? Страсти? Да, должно быть… любви… (Я икнул.) Да, любви…
Зоя улыбнулась, сконфузилась и усиленно замахала веером. Я икнул. Терпеть не могу икоты!
– Зоя Егоровна! Скажите, умоляю вас! Вам знакомо это чувство? (Я икнул.) Зоя Егоровна! Я жду ответа!
– Я… я… вас не понимаю…
– На меня напала икота. Пройдет… Я говорю о том всеобъемлющем чувстве, которое… Черт знает что!
– Вы выпейте воды!
«Объяснюсь, да тогда уж и схожу в буфет», – подумал я и продолжал:
– Я скажу коротко, Зоя Егоровна… Вы, конечно, уж заметили…