Половой немного погодя подал на подносе полбутылки водки и несколько тарелок с разнообразными закусками.
-- Вот что, любезный, -- сказал ему Початкин, -- дай-ка ты нам порцию главного мастера клеветы и злословия с картофельным пюре.
Половой не понял и смутился, и хотел что-то сказать, но Початкин строго поглядел на него и сказал:
-- Кроме!
Половой думал с напряжением, потом пошел советоваться с товарищами, и в конце концов все-таки догадался, принес порцию языка. Когда выпили по две рюмки и закусили, Лаптев спросил:
-- Скажите, Иван Васильич, правда ли, что наши дела в последние годы стали падать?
-- Ни отнюдь.
-- Скажите мне откровенно, начистоту, сколько мы получали и получаем дохода и как велико наше состояние? Нельзя же ведь в потемках ходить. У нас был недавно счет амбара, но, простите, я этому счету не верю; вы находите нужным что-то скрывать от меня и говорите правду только отцу. Вы с ранних лет привыкли к политике и уже не можете обходиться без нее. А к чему она? Так вот, прошу вас, будьте откровенны. В каком положении наши дела?
-- Всё зависимо от волнения кредита, -- ответил Початкин, подумав.
-- Что вы разумеете под волнением кредита?