Я против вас, барон, никогда ничего не имел. Но у меня характер Лермонтова. (Тихо.) Я даже немножко похож на Лермонтова… как говорят… (Достает из кармана флакон с духами и льет на руки.)
Тузенбах. Подаю в отставку. Баста! Пять лет все раздумывал и наконец решил. Буду работать.
Соленый (декламируя). Не сердись, Алеко… Забудь, забудь мечтания свои…
Пока они говорят, Андрей входит с книгой тихо и садится у свечи.
Тузенбах. Буду работать…
Чебутыкин (идя в гостиную с Ириной). И угощение было тоже настоящее кавказское: суп с луком, а на жаркое — чехартма, мясное.
Соленый. Черемша вовсе не мясо, а растение вроде нашего лука.
Чебутыкин. Нет-с, ангел мой. Чехартма не лук, а жаркое из баранины.
Соленый. А я вам говорю, черемша — лук.
Чебутыкин. А я вам говорю, чехартма — баранина.