Мерчуткина. Ах, ах… батюшки, в глазах темно! Ах! ( Падает без чувств на руки Шипучина.)
Стук в дверь и голос за сценой: «Депутация!»
Шипучин. Депутация… репутация… оккупация…
Хирин ( топочет ногами ). Вон, черт бы меня драл! ( Засучивает рукава. ) Дайте мне ее! Преступление могу совершить!
Входит депутация из пяти человек; все во фраках. У одного в руках адрес в бархатном переплете, у другого — жбан. В дверь из правления смотрят служащие. Татьяна Алексеевна на диване, Мерчуткина на руках у Шипучина, обе тихо стонут.
Член банка ( громко читает ). Многоуважаемый и дорогой Андрей Андреевич! Бросая ретроспективный взгляд на прошлое нашего финансового учреждения и пробегая умственным взором историю его постепенного развития, мы получаем в высшей степени отрадное впечатление. Правда, в первое время его существования небольшие размеры основного капитала, отсутствие каких-либо серьезных операций, а также неопределенность целей ставили ребром гамлетовский вопрос: «быть или не быть?», и в одно время даже раздавались голоса в пользу закрытия банка. Но вот во главе учреждения становитесь вы. Ваши знания, энергия и присущий вам такт были причиною необычайного успеха и редкого процветания. Репутация банка… ( кашляет ) репутация банка…
Мерчуткина ( стонет ). Ох! Ох!
Татьяна Алексеевна ( стонет ). Воды! Воды!
Член банка ( продолжает ). Репутация… ( кашляет ) репутация банка поднята вами на такую высоту, что наше учреждение может ныне соперничать с лучшими заграничными учреждениями…
Шипучин. Депутация… репутация… оккупация… шли два приятеля вечернею порой и дельный разговор вели между собой… Не говори, что молодость сгубила, что ревностью истерзана моей.