К вечеру достигли колхозной летовки, возле которой развьючили караван и расставили палатки.
Все немногочисленное население летовки высыпало нам навстречу. Женщины, удовлетворив любопытство, скрылись в юртах, но мужчины занялись своим делом только после того, как узнали вое последние новости на Иссык-куле, во Фрунзе и в Москве. Они поделились своими заботами: появились волки, и хотя пастухов вооружили винтовками, но волки по-прежнему беспокоят стада.
Самый почтенный колхозник Атемкул, выполняя долг хозяина, пригласил всех прибывших выпить кумыса. Угощенье этим не ограничилось, и большая часть альпинисток здесь впервые попробовала и одобрила мясо тэке.
Больше всех были рады прибытию экспедиции дети. Гурьбой и поодиночке они бегали по альпинистскому табору, всем интересовались и, получив в свое полное распоряжение несколько номеров «Огонька» и «Крокодила», убежали показать их своим родителям. Однако отсутствовали они недолго и вскоре вновь появились между палатками вместе со своими игрушками. Эти «игрушки» оказались весьма своеобразными. В животноводческом колхозе все с детства приучаются ухаживать за животными. Ребятишки привели к нам показывать свои сокровища — нескольких телят, козлят, барашков и даже одного верблюжонка. Мягкий, пушистый и смешной, он покорил альпинистские сердца, и мы вместе с детьми возились с верблюжонком на лужайке. Верблюжонку понравились новые знакомые, и он часто заходил в лагерь даже в отсутствие хозяев, совал свою голову в палатки и в конце концов был уличен в поедании газет, книг и других бумажных изделий, попадавшихся ему на глаза.
Амасбай, направленный в помощь колхозникам для борьбы с волками, вернулся с двумя шкурами серых хищников.
В наших утренних сборах в поход дети приняли живое участие. Маленький Хаджир принес большой пучок сухой, мягкой травы, чтобы положить ее в наши ботинки, а его сестренка Бейсерке выехала проводить караван верхом на огромном быке.
Два горных хребта
Через Терскей Ала-тау экспедиция пошла перевалом Чон-ашу. Некоторые вьюки оказались слишком тяжелыми и плохо налаженными для перевозки. Например, Иванов вел лошадь, на которой, кроме мешка с сухарями, было привязано 6 пар лыж и 13 ледорубов. Все это так часто разбалтывалось, что Иванов спешился и бежал рядом с лошадью, придерживая лыжи рукой. Кроме того, среди лошадей оказалось несколько равнинных, не приученных к горным тропинкам, и альпинисты хлебнули с ними горя. На хорошей тропе недостатки каравана не были заметны, но как только вышли на крутые склоны, так и началось. То вьюк перевернется под живот лошади, то лошадь поскользнется и упадет. Плохо сбалансированные вьюки исправляли на ходу, прикрепляя ледорубы на оказавшуюся более легкой сторону или снимая что-нибудь с тяжелой. Неприученных лошадей осторожно вели в поводу.
На леднике Чон-ашу оказалось мало снега, и нам пришлось вырубать ступени для лошадей. Специальные подковы с шипами, правда, немного помогали лошадям, но крутые ледяные склоны и открытые трещины ледника потребовали большой помощи вьючным животным, и проводка каравана заняла поэтому много времени. Перевал остался позади лишь во второй половине дня.
Без отдыха прошли долину Оттук, а когда вышли на перевал Беркут, увидели красные отблески заката на ледяном куполе вершины пика Сталинской Конституции.