— Кого?
— Карийскую кикимору.
— Она, брат, сейчас была у меня в гостях.
— Ну?
— Правда, вечерний визит отдавала.
— А я, знаешь, увидал, что она едет навстречу, взял в руки бумаги, да и еду, будто не вижу, дескать, по службе.
Тут я рассказал милейшему приятелю все до слова, что было и говорилось.
— Ах он, скотина! Знаем мы его ночную работу, как он с заднего крыльца принимает всякую сволочь да выслушивает их подлые сплетни. Ведь я и клевретов-то его знаю, есть, брат, и такие, на которых и не подумаешь. Да ну его, впрочем, к черту. А ты слышал, как Прасковья поет на завалинке?
— Нет, а вот ты помоги мне немного довесить и пойдем слушать…
Мы тотчас уселись к столу и скоро покончили работу, а затем вышли на улицу, за ворота моей казенной квартиры.