Интерес к Советскому Союзу и здесь, на юге Индии, настолько велик, что даже после того как официально было объявлено об окончании пресс-конференции, нам все еще задавали различные вопросы, и мы отвечали на них уже на ходу.
Спешим осмотреть Мадрас, повидать Индийский океан… В центре города много красивых, больших домов, всюду масса зелени. А в рабочих районах — те же маленькие домишки, лавчонки, невероятная грязь, вонь, смрад. Встречаем смуглых мужчин с серьгами в ушах, со лбами, раскрашенными белыми полосами — знаком принадлежности к определенной секте. Некоторые из них стремительно отходят в сторону, как бы освобождая дорогу.
— В чем дело, разве тут на тротуаре мало места, чтобы свободно разойтись встречным?
— Это представители низшей касты — «неприкасаемые», — поясняют нам спутники. — Люди, принадлежащие к таким кастам, имеют право ходить по определенным улицам. Жить они могут только в специально отведенных кварталах. А в деревнях им запрещено пользоваться общими колодцами…
Безжалостное ущемление человеческого достоинства встречалось нам повсюду. И мы думали о том, насколько правы оказались наши индийские друзья, когда в самом начале нашего приезда в Индию предупреждали о том, что многие из обычаев и «порядков» этой страны будут вызывать у нас недоумение и возмущение.
В самом Мадрасе и вблизи его много древних храмов, украшенных лепными изображениями индийских богов. В Мадрасской провинции живут племена «томилли» и «андоа», говорящие на своих языках.
Приближаемся к набережной — гордости Мадраса. Хорошо асфальтированная, она тянется на тринадцать миль. Мы у Индийского океана! На пляже — небольшие палатки рыбаков, сделанные из цыновок и тряпья. Идем по песку, и ноги тонут в нем. Подходим к самому океану. Нас окружает большая толпа совершенно голеньких ребятишек. Красивые маленькие мадрасцы таращат на нас свои большие глаза. С поднятыми руками, с улыбкой приветствуют нас, говоря «доброе утро».
Огромные волны океана, перекатываясь и набегая друг на друга, выбрасывают на берег тяжелую массу воды. Дует свежий морской ветер, дышится здесь легко. У берега много лодок, сделанных из больших, обрубленных по бокам бревен, с загнутыми кверху носами. Много таких суденышек мы видим вдали — они вышли в океан на промысел. Неподалеку от нас рыбаки сталкивают с берега большую лодку с таким же загнутым кверху причудливым носом. Многовесельная лодка нагружена снастями, около нее десятка два индийцев. Они вскакивают в нее, когда лодка оказывается на воде, и садятся за весла.
В одной из лодок, вытащенных на берег, стоит индиец, поднял кверху руку и дергает за какую-то нитку, брошенную в океан. К сожалению, нет времени посидеть рядом с ним, посмотреть, какую он выловит рыбу; в руках у рыбака палочка, он вертит ее, наматывая леску своего примитивного «спиннинга».
Трудно оторвать взгляд от могучего океана. Хочется выкупаться, освежиться в этот знойный январский день, но нас предупреждают, что у берега бывают акулы.