На другой день утромъ Надежда Николаевна вошла въ кабинетъ Луговскаго съ такимъ счастьемъ на лицѣ, что тотъ съ удивленіемъ спросилъ ее:
-- Что съ вами, Надя?
-- Намъ придется разстаться, mon frère, отвѣчала она,-- хотя и не хотѣлось бы мнѣ оставлять дѣтей, но я выхожу замужъ за Григорья Петровича и уѣзжаю съ нимъ въ Москву; вѣдь вы отдадите мнѣ Митю, Pierre?
Петръ Алексѣевичъ былъ такъ пораженъ этою неожиданною для него развязкой, что нѣсколько минутъ не могъ произнести слова.
-- Разумѣется, моя добрая Надя, заговорилъ онъ, наконецъ:-- дай Богъ вамъ счастья, вы стоите его. Но, Боже мой, я не могу вздумать, что я буду дѣлать безъ васъ, произнесъ онъ грустно.
-- Что же дѣлать, другъ мой, отвѣчала она, взявъ его за руку,-- съ вами останутся дѣти, я потому и не прошу у васъ двухъ старшихъ, хотя и желала бы окончить сама ихъ воспитаніе, но безъ нихъ вамъ было бы тяжело.
-- Я увѣренъ, что съ Григорьемъ Петровичемъ вы будете счастливы; это именно такой человѣкъ, какого вамъ нужно.
-- Митя будетъ жить съ нами, mon frère, я обѣщала сестрѣ, что онъ будетъ моимъ сыномъ, и сдержу свое слово; желаю отъ души, чтобъ и вы исполнили ея послѣднюю просьбу въ отношеніи старшихъ дѣтей и были бы для нихъ и отцомъ и матерью.
-- Да, я исполню это, Надя, увѣряю васъ, отвѣчалъ Луговскій взволнованнымъ голосомъ,-- но я боюсь, что Митя будетъ вамъ въ тягость...
-- О, не безпокойтесь, это напротивъ будетъ служить оправданіемъ моему приданому передъ моимъ женихомъ; я скажу ему, что мы двое входимъ въ его семью, и потому я должна имѣть больше чѣмъ онъ; къ тому же я такъ привязана къ Митѣ, что разстаться съ нимъ было бы слишкомъ тяжело для меня.