петушиной мочи: „Ку-ка-ре-ку! довольно спать! Ку-ка-ре-ку! пора вставать!". Ему стали
вторить все петухи, находившиеся на дворе, особенно же надрывалась пара китайских
петухов, тех самых, что сидели на празднике на верхушке карусели.
„Вставай, Шурик! вставай" — говорила старая няня, наклоняясь над кроваткой. Она
была в новом чепце и в белоснежном переднике. „Вот, как заспался! Мама и папа давно
тебя ждут в столовой". — И, действительно, давно уже наступило утро и солнце ярко светило в окна. Но где же большой белый петух? Где всё птичье царство? Ферма? А остальное столь чудесное: театр? Карусель? Тут только Шура понял, что он во сне побывал на
празднике игрушек.
Сначала он огорчился: всё это было только сон?! Но тут же он вспомнил, что сегодня