Князь Г. С. Волконский. (1803—1817).
Князь Григорий Семенович Волконский назначен на место Бахметева в 1803 г.
По общему отзыву он был человек старый, но способный для боевой службы, которая требовалась в то время, со странностями и привычками, резко отличавшимися от общепринятых условий жизни: ходил по городу в ночном колпаке, спальной куртке и простых панталонах; при встрече с женщиной, если была молодая, красивая, целовал ее, давал денег, которые за ним носил лакей или камердинер; иногда уходил далеко за город, уставал и подсаживался к проезжающим с возами крестьянам.
Был такой случай. Князь сильно, устал от пешей ходьбы и присел на сани с дровами. Хозяин гнал его, говоря, что лошадь худая и с трудом везет дрова. «Я сам иду пешком, а ты лезешь на воз. Слезай прочь! а то видишь,» и показал кнут. Князь, не смотря на угрозы, остался в санях. При въезде в город через Сакмарские ворота стоявший там на гаубтвахте военный караул выбежал отдавать честь, барабанщик бил в барабан, офицер перед фронтом командовал. Мужик испугался и сказал: «Это тебе, барин, отдают честь? скажи, барин, кто ты такой? да Бога ради прости меня за грубость.»
Князь указал улицу, в которую ехать, а мужик подумал: «Должно быть в полицию, отлупят там меня на славу, что и внукам не забуду передать!»
Мужик едет, а князь на возу. Подъехали к дому. Там на дворе встречают господа с поклоном, князь приказал взять у мужика воз дров и выдать за них щедрую плату.
Отец мой передавал мне, что возвращаясь с товарищами из школы обедать, встретил князя у Орских ворот; тот потребовал его к себе, приказал снять у него с ноги сапог, потом снова надеть. Князь пошел далее, сказав «спасибо». Так как все это происходило в виду военного караула, то один солдат, догнав отца, спросил: «А что тебе дал князь?» Тот сказал, что рубль (счет велся на медь).
«Какое счастье! А мы вот стоим, хотя бы гривенник — и то было бы благополучием.»
В сущности и отец мой не получил ничего.