Рассказывают, что очень блистательные были празднества во время приезда к нему жены с семьей.[5] Выставляемы были бочки пива и вина, на ногах стояли жареные быки и бараны с золотыми рогами; вечером фейерверк превзошел все, что оренбуржане доселе могли видеть. Фокусник пустил огненного змея, который пролетел город и рассыпался над кладбищем.
Народ говорил, что это был сам черт, не могший лететь далее в виду крестов на могилах, а самый фокусник за такую мистификацию был поражен смертью: он умер на другой день.
Впоследствии, когда у Варвары Васильевны, урожденной Мансуровой и в замужестве бывшей за французским эмигрантом Габбе, в молодых летах умер муж и она ежедневно с горя ездила на могилу его, последний в виде огненного змея прилетал ночью в дом Габбе.
Народ говорил, что это был тот самый змей, которого пустили при князе Волконском.
Варвара Васильевна в 1824 или 25 г. вторично вышла замуж за молодого штабс-капитана Балкашина, которого за этот брак отставили от службы, но впоследствии он снова был принят графом Сухтеленом, был адъютантом у него, дослужился до чина генерал-лейтенанта, был Оренбургским гражданским губернатором и два раза командовал башкирским войском; умер в 1859 г., а жена его лет чрез 10 после.
От первого брака у нее был сын, ротмистр Александр Васильевич Габбе, служивший адъютантом у генерал-губернаторов Перовского и Обручева и потом перешедший на гражданскую службу по уделам; умер в 1851 или 52 г.
Князь Волконский, когда был помоложе, явил себя хорошим администратором, усмирив в 1805 г. в Уральске бунтовавших казаков. Для усмирения их были посланы башкиры и им, по ходатайству князя Волконского, пожаловано знамя от императора Александра I при грамоте. С уничтожением башкирского войска, знамя и грамота переданы в 1863 г. в окружный штаб Оренбургского округа.
А когда князь стал стариком, то занимался делами мало, кроме важных, направлять которые без его ведома и указания было не возможно.
Говорят, что присылаемые для подписания бумаги на ночь клал к св. иконам, молился пред последними, а утром перекрестясь, все подписывал, не читая, и дело сходило благополучно.
В управление его явилась новая система, имевшая хорошие последствия в отношении башкир.