Собором целым пасть к его ногам
И вновь молить его, да не оставит
Престола он и да поддержит Русь!
Вот в силу каких соображений русские люди думали, что лучше перенести невзгоды грозного правления, чем восстать против Иоанна или хотя бы воспользоваться его готовностью отречься от короны. Они знали, что народ свободно повинуется своему владыке и что государство держится лишь его властью. Если бы в народе не было такого убеждения, неограниченная монархия в России давно рухнула бы.
Как бы то ни было, указывать на Иоанна Грозного как на аргумент против самодержавия не приходится. Не приходится также придавать большого значения ссылкам и на других монархов-тиранов.
Не забудем, что государей-тиранов насчитывается в истории очень мало, зато государей, оставивших по себе добрую память, было очень много. Между ними можно указать в каждой стране на целый ряд гениальных реформаторов, великих умов и великих характеров. Наследственные и неограниченные монархии предполагают людей, предназначенных к верховной власти, к высоким замыслам и к славным делам, и Шиллер понял это, вложив в уста юноши Дона Карлоса, сына Филиппа II Испанского, следующие слова:
...Двадцать третий год,
И ничего не сделать для потомства!
Я пробудился, встал; призванье к трону
Стучит в груди, как строгий кредитор,