- Maman, вы обманываете?
- К моему и вашему счастию, нет. Она говорит, что... Но Михаила Ивановича уже не было в комнате при этих словах: он уже накидывал шинель.
- Держи его, Петр, держи его! - закричала Анна Петровна. Петр разинул рот и остолбенел от такого странного распоряжения, - а Сторешников {Было начато: Михаил} уже сбегал по лестнице.
- Ну что? - спросила Марья Алексеевна входящего мужа.
- Отлично, матушка. {Далее начато: Гово} Она уж узнала и говорит: как вы смеете? А я говорю: мы не осмеливаемся, ваше превосходительство, и Верочка отказала.
- Что? что? как? ты так сдуру-то и бухнул, осел?
- Матушка...
- Осел, подлец, убил, зарезал! Вот же тебе! {Далее было.- вот} - муж получил пощечину, - вот же тебе! - другая пощечина. - Нет, так тебя не проймешь, - вот как тебя надобно учить, - она схватила его за волосы и начала таскать. Надобно полагать, что урок продолжался немало времени, потому что Сторешников, {Было начато: Михаил} после всех долгих пауз и длинных назиданий матери вбежавший в комнату, еще застал учительницу в полном жару преподавания.
- Осел, и дверь-то не запер! {забыл зак} в каком виде чужие люди застают! стыдился бы, свинья ты этакая, - только и нашлась сказать Марья Алексеевна.
- Где Вера Павловна? Мне нужно видеть Веру сейчас же, - неужели она отказывает?