Пришли Николай Димитриевич и Сережа. Мешают. Собираюсь с визитами к Бауэру, может быть Залетаевым. После буду продолжать. Жаль, что не знаю, будет ли она у Акимовых. Однако лучше не быть там.-- 25 минут одиннадцатого.
(Продолжаю. 4 часа.)
Я промолчал несколько секунд. Дело решено. Кончилось мое любезничанье. Начинаются серьезные обязанности. Не буду уже более сближаться я ни с одною девицею, я не молодой человек, я семьянин.
"Скоро же прошла моя молодость!" -- сказал я, и слезы навернулись у меня на глазах. "Она кончилась нынешний день, а началась с того дня, в который я увидел вас" (т.-е., должен я добавить, у Акимовых) ... (Что однако? Это решительно не в моем характере, это был опасный путь, и хорошо, что он скоро довел меня до конца и конца прекрасного.)
"Да, я всегда позабываю во-время сказать то, что должно сказать: религиозны ли вы?"
"Нет".
"Я должен сказать вам, что я не верю всем этим вещам".
"Я и сама почти не верю".
"Я это сказал потому, что это могло бы в противном случае быть источником огорчений для вас... Но я должен сказать вам, что я делаю вам предложение только потому, что думаю, что этим оказываю вам... (я приискивал слова) оказываю вам услугу. Так ли?"
"Почти так".