Итак, можно оказать, что если было худо при системе феодальной, то было бы еще хуже при всякой другой: что было бы с Европой, если б поработители ее остались кочевыми: а это непременно произошло бы; при ней по крайней мере все вассалы были довольны своими местами и правами, а что произошло бы в противном случае? Разве не ленной системе одолжены своим могуществом папы, а что было бы в Европе без него? и счастливее ли и просвещеннее была в эти времена не знавшая феодальной системы Россия, несмотря на беспредельную преданность славянских племен престолу, несмотря на их кроткий в сравнении с германцами дух, хотя и германцы сами были смиренниками пред своими последователями в деле разрушения Рима.

Наконец, феодальная система была необходима этим народам, а что необходимо, то не может не быть и полезно.

ПРИМЕЧАНИЯ

Впервые опубликовано в приложении к книге: Н. М. Чернышевская. Н. Г. Чернышевский в Саратове. Саратов 1948, стр. 139--142. Семинарское сочинение 1843 г. Рукопись на двух листах в четвертку хранится в ЦГЛА (No 795). На первом листе подпись: Николай Чернышевский; на последнем -- отзыв преподавателя: "Очень хорошо".

Печатаемые в настоящем томе семинарские сочинения Н. Г. Чернышевского написаны им в возрасте от 15 до 17 лет.

С 1842 по 1845 г. Н. Г. Чернышевский учился в саратовской семинарии, где прошел два двухгодичных курса -- риторики и философии. От этого периода сохранилось свыше двухсот ученических рукописей, представляющих собой сшитые тетради черновиков в полулист и начисто переписанные тетрадки в четвертку, снабженные как правило подписью "Николай Чернышевский" и отзывами преподавателей.

"У кого эти "задачи" составляли толстую кипу, тому было обеспечено благоволение всего экзаменующего начальства,-- писал Н. Г. Чернышевский. -- Количество тем, находившихся в обращении при задавании задач, было не слишком многочисленно: "Страдания приближают нас к богу", "о пользе терпения", "дурное общество развращает нравы" и т. п. -- в риторическом классе, или низшем отделении семинарии; "о различии рассудка и разума", "о различии души и тела", "о преимуществе умозрительного метода над опытным" и т. п. -- в философском классе, или среднем отделении; всех различных тем, задававшихся в течение целых 5 или 6 курсов, т. е. 10 или 12 лет, набралось бы, вероятно, не больше 100; а каждый год писалось несколько десятков "задач", стало быть одни и те же темы очень часто повторялись" (см. наст. изд. т. X, стр. 16).

Далеко не все "задачи" Н. Г. Чернышевского сохранились. Лучшие из них были отобраны, как предназначавшиеся для печати, по распоряжению семинарского начальства, и сохранялись в архиве епископа Иакова в Нижнем Новгороде, но затем бесследно исчезли; очевидно они были уничтожены в 60-х годах, когда имя Чернышевского стало одиозным в глазах церковников: человек, в котором они мечтали увидеть "светило церкви", стал светилом революции.

Несмотря на то, что семинарские сочинения Н. Г. Чернышевского были продуктами школьной программы схоластической церковной школы, тем не менее они носят на себе отпечаток высокой культуры и критической мысли, готовой к восприятию материалистических идей. В сочинениях гениального юноши чувствуется протест против расовой теории, против эксплоатации народов их завоевателями, защита идеи народного просвещения и глубокое осознание своего гражданского долга перед родиной.

Н. М. Чернышевская