Кроаты, то есть западная половина южно-венгерских славян, еще недавно были очень восстановлены против венгров тем, что Фиуме, итальянский город, лежащий на адриатическом берегу, выразил желание принадлежать к Венгерскому королевству, а не к Кроатскому, к которому теперь причисляется. Главная причина симпатии очевидна: венгры решительные враги венского правительства, следовательно фиумские итальянцы не могут не, предпочитать их кроатам, пока кроаты колеблются. Но Фиуме отделен от собственно венгерской земли всею шириною Кроации. Читатель знает, что, в надежде противодействовать венгерскому сейму, австрийское правительство льстило разными обещаниями кроатским депутатам, собравшимся в Аграме. От имени "генеральной конгрегации аграмского комитата" был в начале марта разослан ко всем венгерским, трансильванским, сербским комитатам циркуляр, написанный языком, напоминавшим прежние годы ожесточенной вражды кроатов против венгров. Тут перечислялись жалобы на прежнее притеснение кроатов венграми, особенно говорилось, будто бы венгры и теперь хотят подавлять кроатскую национальность, и сильнее всего обвинялись венгры за фиумцев. Если б венгры имели такую же бестактность, возобновилась бы прежняя вражда. Но венгры понимают, что должны добиваться решительного примирения с кроатами, и на аграмский циркуляр отвечали, что готовы на все, чего хотят сами кроаты. Вот, например, отрывки из ответа, напечатанного Деаком:
"Циркуляр аграмского комитата написан с такою горечью, что производит впечатление, как будто его автор не желает дружеского соглашения между Венгриею и Кроациею. Аграмский писатель обвиняет Венгрию между прочим в том, что она желает отделить Фиуме от Кроации и принудить славян юго-восточных частей своих к употреблению венгерского языка. Фиуме принадлежал к Венгрии в течение целого столетия, и венгры не виноваты в том, что жители этого города желают принадлежать к Венгрии. Важнейшее обвинение против венгров то, которое относится к языку. В 1844 году (когда употребление латинского языка на венгерском сейме было отменено) кроатские депутаты предлагали, чтобы попрежнему продолжали употреблять на сейме латинский язык; но это было отвергнуто, и сейм постановил употреблять в своих прениях венгерский язык.
Если кроаты желают, продолжает Деак, закон 1844 года можно отменить. Венгерский сейм 1848 года желал относительно Военной кроатской границы того же самого, чего теперь требуют кроаты, желал, чтобы отменено было стеснительное и разорительное военное устройство этой земли и жители ее получили гражданские и политические права, которых лишены австрийским правительством. Аграмский циркуляр говорит, что венгры желали бы привести кроатов и другие племена в положение турецких подданных христиан: но законы 1848 года доказывают несправедливость этого обвинения". О том, каковы теперь чувства венгров относительно кроатов, Деак говорит:
"Присоединится или не присоединится Кроация к Венгрии, это зависит от самой Кроации. Если она пошлет депутатов на венский имперский совет, если она захочет предоставить свои военные, финансовые и коммерческие средства [произволу безответственного] австрийского министерства, соединение с Венгрией будет невозможно. Венгрия едва ли пошлет своих депутатов на имперский совет, потому что не расположена жертвовать своей законной независимостью. Но если Кроация желает быть независимой от венского министерства, то и без всяких переговоров Венгрия готова поддерживать ее".
Деак продолжает, что союз кроатов с венграми одинаково полезен для той и другой нации; но что если кроаты хотят остаться отдельными от венгров, венгры чужды всякой мысли мешать им поступать, как угодно. Если в этом тоне говорит Деак, то, разумеется, еще гораздо сильнее высказывается большинством венгров желание предоставить кроатам полную свободу действий и не ссориться с ними ни за что и ни в каком случае. Эти уверения, надобно полагать, имели некоторое влияние на кроатов; но еще сильнее подействовала на "их странная нерасчетливость самого австрийского правительства.
Кроатское племя делится по своему гражданскому положению на две половины: северная его полоса, называющаяся королевствами Далматским, Кроатским и Славонским, находится под гражданским управлением. Южная полоса составляет так называемую Военную границу, жители которой обязаны поголовной военною службою [и страшно] разорены этой повинностью, а сверх того, лишены всяких политических прав, будучи управляемы военною дисциплиною и в своей частной жизни. Северная половина кроатов, разумеется, сочувствует бедственному быту своих собратов и просила через кроатского бана Сокчевича, чтобы император уничтожил прежнее изнурительное устройство Военной границы и сравнял жителей ее в правах и обязанностях с "ими, с северными кроатами. Просьба была отвергнута. Вот из венской корреспонденции "Times'a" отрывок, относящийся к этому делу:
"Вена, 29 марта.
Общая конгрегация аграмского комитата страшно недовольна баном Сокчевичем5 за то, что он не настаивал на разрешении жителям Военной границы прислать депутатов на кроатский сейм; конгрегация объяснила ему, что не имеет к нему доверия. Говорят, это так раздражило Сокчевича, что он просил императора уволить его от должности бана. Кажется, что расположение умов в Кроации сильно изменилось в последнее время: кроаты говорят теперь, что не могут делать приготовлений к коронованию императора в Аграме королем кроатским, славонским и далматским, пока не установят окончательно своих отношений к Венгрии. Жители Военной границы находятся под военным управлением, потому не имеют права подавать просьб; но они прислали в Аграм несколько адресов, в которых объясняют свое бедственное положение и просят изменить его. Вчера несколько австрийских генералов в разговоре уверяли меня, что жители Военной границы не должны жаловаться, потому что правительство печется за них. Предкам их даны были земли от правительства на условии защищать границу от турок, но теперь по два и по три батальона из каждого полка посылаются повсюду, где бы ни вела войну Австрия. В мирное время Военная граница ставит в армию до 45 000 человек, а в военное время до 100 000 человек (между тем как все население этих округов не простирается до 1 100 000 человек). Таким образом, целая десятая часть всего населения Военной границы уводится в солдаты при всякой австрийской войне".
Напрасно венское правительство отступило тут от обыкновенного правила: при нынешних трудных обстоятельствах расчетливее всего было бы дать кроатам обещание и принять некоторые полумеры, как будто бы в исполнение данного слова; а потом, когда затруднение минует, восстановить прежний порядок. А теперь говорят, что кроаты, раздраженные отказом, склоняются на сторону венгров. Такое же расположение обнаруживается и в восточной половине южно-австрийских славян, у сербов, населяющих Банат и Воеводину. Мы говорили, что сербскому патриарху Раячичу, преданности и искусству которого обязаны были австрийцы в 1848 году ссорою сербов с венграми, поручено было теперь созвать сербский сейм с тою же целью. К сожалению, несмотря на всю усердную ловкость Раячича, собравшиеся на сейм сербы нашли, что венграм они могут верить, а венскому министерству не могут -- после того, что испытали в последние 13 лет. Приводим отрывок из венской корреспонденции "Times'a":
"Вена, 5 апреля.