Акциз в 75 коп. сер. мы находим не представляющим никакого риска для дохода казны, потому что он требует увеличения продажи всего лишь на 7з против нынешнего действительного потребления. Г. Закревский выводит, что действительная продажа вина откупом превышает ныне 100 миллионов ведер. Возможно ли предполагать, что с понижением цены от 5 или 7, или даже от 10 руб. сер. до 1 руб. 55 коп. за ведро потребление его не увеличилось бы на одну третью часть? Трудно думать, что оно не увеличится в пропорции более значительной. А чем больше окажется оно, тем ниже может стать акциз.
Стремление открыть возможность к установлению малого акциза составляет одну из двух главных целей записки г. Закревского, и в этой первой цели мы совершенно ему сочувствуем. Никто из просвещенных людей не сомневается, что чем ниже будет акциз на вино, тем больше [выиграет нация] во всех отношениях, не только в земледельческом и вообще хозяйственном, но и в нравственном. Совершенно лишним делом было бы доказывать, что дешевизна вина, необходимого в нашем климате, при характере жилищ, пищи и одежды наших простолюдинов, не имеет ничего общего с пьянством, а, напротив, имела бы результатом своим уменьшение этого зла, происходящего от совершенно иных причин, и, в том числе, именно от дороговизны вина. Это -- вещь известная каждому, сколько-нибудь занимавшемуся вопросами о народной жизни. Чем дешевле будет вино, тем меньше будет пьянства. Потому нельзя вместе с г. Закревским не желать, чтобы установился как можно меньший акциз. Очень может быть, что с течением времени откроется возможность понизить его до 50 коп. сер., как предполагает г. Закревский, а теперь едва ли подлежит сомнению практическая достаточность величины акциза, мало превышающей предлагаемую г. Закревским.
Но условием низкого акциза служит то, чтобы казна не была обманываема в количестве и качестве продаваемого вина. Для получения нынешнего дохода при акцизе от 50 коп. до 1 руб. сер. с ведра необходимо, чтобы каждое продаваемое ведро было оплачено акцизом, чтобы не продавалось народу одно ведро полугара в объеме полутора ведра разведенной водою жидкости под названием полугара и чтоб не имел заводчик возможности отпустить покупщику 150 ведер, показав казне и оплатив акцизом только 100 ведер. Сомнение в возможности такого казенного контроля, которым предотвращались бы утайки и подлоги в продаже вина, служило прежде главным препятствием к уничтожению откупов, а теперь служит главною причиною того, что считается необходимым высокий акциз. Предполагается, что казна может рассчитывать на получение акциза только с части вина, какое будет продаваться, а не со всего его количества, потому что некоторая, и притом значительная, часть его будет утаена от оплаты акцизом. Предлагались некоторые способы к устранению обмана казны при введении свободной торговли вином, и нам кажется, что были между этими способами такие, которые ограждали бы казну удовлетворительным образом. Сколько мы знаем, эти планы остались без влияния на составление проектов действительной организации нового порядка винной торговли. Быть может, предложение г. Закревского получит больше счастья в этом отношении; быть может, оно привлечет к себе внимание лиц, устраивающих замену нынешнего порядка новым. Это предложение требует чисто технического испытания; надобно желать, чтобы оно было подвергнуто ему самым заботливым образом, потому что, если справедливо убеждение г. Закревского в качестве изобретенного им снаряда, этот снаряд разрешил бы все затруднения к доставлению дешевого и хорошего вина без всяких обманов казны или народа при продаже.
Если снаряд, изобретенный г. Закревским, действительно окажется имеющим качества, приписываемые ему изобретателем, то правительство в состоянии будет само легко усчитать количество вина, производимого и продаваемого каждым заводом. При невозможности утайки устраняется в таком случае всякая мысль о надобности в откупах или в чем-нибудь, подобном откупам. Тем страннее показалось нам, что г. Закревский упоминает в своей записке о возможности составить компанию, которая, приняв на себя наблюдение за продажею вина с заводов при помощи снаряда г. Закревского, гарантировала бы казне нынешний доход от винной продажи. При прочтении записки нам пришло подозрение, что тут скрывается план восстановить откуп под новою формою. Но г. Закревский отвечал нам (как упоминает и в примечании к своей записке), что он очень далек от такого желания и что если он рассчитывает на коммерческие выгоды от принятия его снаряда, то эти выгоды совершенно иного рода, чем какие-нибудь откупные доходы. "Я завел бы фабрику для выделки снарядов моего изобретения,-- сказал он нам; -- эти снаряды потребовались бы в большем количестве, потому что они были бы нужны не на одних заводах, а также в лавках, торгующих вином; мой снаряд (продолжал г. Закревский) необходим для обеспечения не одной казны при продаже вина с заводов, а также и для обеспечения покупщика от обмана в количестве или в качестве вина при розничной продаже; для удовлетворения покупщиков продавцы нашли бы необходимым производить розничную продажу помощью этого снаряда. Огромное требование на мой снаряд со стороны продавцов вина дало бы мне большие выгоды". Если действительно так, г. Закревский имеет в виду выгоды совершенно законные и не противоречащие ни пользам казны, ни пользам народа. Он просто хочет как изобретатель воспользоваться в течение известного времени привилегиею на продажу своего изобретения. Если изобретение действительно дает возможность достичь такого хорошего для казны и для народа результата, как уничтожение всякой надобности в откупах и установление низкого акциза, то нельзя не сказать, что привилегия принесет г. Закревскому выгоды не с вредом, а с пользою для государства. Словом сказать, г. Закревский хочет быть не чем-нибудь похожим на откупщика, а фабрикантом.
Но если так, снова спросили мы его, -- если вы действительно далеки от мысли об откупных выгодах, то зачем вы все-таки вставили в вашу записку слова о какой-то компании, могущей гарантировать казне нынешний доход с винной продажи? Он отвечал и на этот вопрос удовлетворительно. "О возможности учредить такую компанию я говорил (отвечал он нам, и упоминает об этом и в примечании к своей записке) единственно для того, чтобы предотвратить всякое сомнение в верности моих расчетов о безубыточности для казны установить предлагаемый мною акциз при помощи моего снаряда. Если кто-нибудь скажет, что установление такого низкого акциза представляло бы риск для казны, у меня готов теперь ответ очень сильный: когда вы боитесь риска для казны, частные капиталисты готовы принять на себя такой риск, и это показывает вам, что в действительности нет никакого риска, что расчет мой верен". Надобно признаться, что такой оборот мыслей очень натурален и основателен.
"Но, -- продолжал г. Закревский, -- я вовсе не желаю, чтобы сочтено было нужным казне принять гарантию компании, о которой говорю я; я вовсе не желаю, чтобы устроена была такая компания; я убежден, что она совершенно не нужна, что казне будет легко самой собирать акциз при помощи моего снаряда. Моя цель -- установление совершенно свободной торговли вином, без всякой тени чего-нибудь похожего на откуп или монополию". Предоставляем читателю судить, имеют ли эти слова г. Закревского характер искренности. Что же касается до нас, мы полагаем, что расчет на справедливую прибыль от фабрикации большого размера достаточен для отклонения умного коммерческого человека от желания извлекать выгоды из откупных оборотов; и если снаряд г. Закревского действительно таков, каким считает его изобретатель, он делает откуп ненужным для денежных выгод изобретателя. Потому мы не находим причины сомневаться в искренности объяснений г. Закревского, изложенных нами здесь.
А во всяком случае, самое свойство снаряда, предотвращающего всякую утайку в продаже вина, было бы смертельно для откупов; поэтому мы вполне желали бы, чтобы снаряд г. Закревского по строгом испытании оказался таким, каким представляет его изобретатель. В этом случае снаряд г. Закревского имел бы очень важное значение для нынешнего нашего государственного хозяйства, и вопрос, им возбуждаемый, так серьезен, что, конечно, он будет подвергнут самому внимательному испытанию на практике.
ТЕКСТОЛОГИЧЕСКИЕ И БИБЛИОГРАФИЧЕСКИЕ КОММЕНТАРИИ
Впервые напечатано в "Современнике" 1860 г., кн. XII, отдел "Современное обозрение", стр. 195--214, за подписью автора. Перепечатано в полном собрании сочинений 1906 г., т. VI, стр. 359--372. Рукописи: I. 11 полулистов канцелярской бумаги, исписанных рукой неизвестного и представляющих текст записки Закревского; заглавие и надпись технического порядка сделаны рукой Чернышевского. II. 18 полулистов, исписанных, исключая последний лист, рукой неизвестного и представляющих текст записки Закревского; подпись Закревского в конце записки. Рукописи хранятся в ЦГЛА (No 1769). Корректура: 2 листа 3 страницы; адресат не указан; правка цензора; правка автора; разрешение д. с. с. Юханцева (из м-ства финансов) 22 ноября 1860 года. Разрешение цензора Ф. Рахманинова 26 ноября 1860 г.; в корректуре нет текста последнего подстрочного примечания. Корректура хранится в ЦГЛА (No 1868). Печатается по тексту "Современника", сверенному с рукописями и корректурой.
Стр. 373, 30 строка. В "Современнике": степень значения откупной системы и меру влияния, оказываемого ею на народную