А я, я женщина во всем значеньи слова,
Всем женским склонностям покорна я вполне;
Я только женщина... гордиться тем готова...
Я бал люблю... отдайте балы мне!
("Отечественные записки", 1841, т. XVIII, "Библиографическая хроника", стр. 6).
В словах об отношении балов к поэзии есть своя справедливость; но -- как ни прискорбно нам опровергать суждения критика, который был истинным учителем всего нынешнего молодого поколения,-- мы должны откровенно сказать, что он совершенно ошибался, применяя эти общие соображения к стихотворениям графини Ростопчиной. Он, по нашему непоколебимому убеждению, слишком поверхностно взглянул на их "салонное содержание", заметил только общую черту -- присутствие бальных мыслей в каждом стихотворении, и ограничился этим. Но этого мало. Надобно было глубже вникнуть в это "салонное содержание", и тогда характеристика вышла бы точнее, основательнее, тогда и заключения его о таланте графини Ростопчиной были бы совершенно другие. Мы постараемся это сделать и доставить посильный материал для истории нашей литературы, в которой г-жа Ростопчина, по общему мнению и по заключениям критика, должна занимать довольно или даже очень значительное место {Заключения критика, которого мы цитировали, выражены в следующих словах:
"С 1835 года почти во всех периодических изданиях начали появляться стихотворения, отмечаемые таинственною подписью Гр-ня Е. Р-на. Но поэтическое инкогнито недолго оставалось тайною. Истинный талант как-то не уживается с инкогнито. К тому же люди -- странные создания. Иногда они потому именно и не знают вашего имени, что вы поторопились сказать его, и добиваются знать и. узнают потому только, что вы его скрываете или делаете вид, что скрываете. Повторяем, главная причина того, что литературное инкогнито графини Ростопчиной скоро было разгадано, заключалось в поэтической прелести и высоком таланте, которым запечатлены ее прекрасные стихотворения".}.
С этим полезным стремлением мы приступаем к анализу стихотворений графини Ростопчиной. Чтобы изобличить неверность мнений, приведенных нами, надобно только собрать черты для составления полной характеристики того женского лица, которое, в большей части стихотворений нашей поэтессы, является описывающим свои ощущения и мечты. Но прежде всего напомним читателю, что вообще не следует предполагать, будто каждое "я", излагающее в лирической пьесе свои ощущения, по необходимости есть "я" самого автора, которым написана пьеса. Так, у г. Фета есть прелестное стихотворение:
Еще ребенком я была,
Все любовались мной: