Правда и то, что, когда она заговорила о Кирсановых, он остановил ее:
— Зачем так скоро? Вы слишком мало меня знаете.
— Нет, достаточно, m-r Бьюмонт; я вижу, что если вы не хотели объяснить мне того, что мне казалось странно в вашем желании, то, вероятно, вы не имели права говорить, мало ли бывает тайн.
А он сказал:
— У меня, вы видите, уж нет прежнего нетерпения знать то, что мне хочется знать о них.
XV
Одушевление Катерины Васильевны продолжалось, не ослабевая, а только переходя в постоянное, уже обычное настроение духа, бодрое и живое, светлое. И, сколько ей казалось, именно это одушевление всего больше привлекало к ней Бьюмонта. А он уж очень много думал о ней, — это было слишком видно. Послушав два-три раза ее рассказы о Кирсановых, он в четвертый раз уже сказал:
— Я теперь знаю все, что мне было нужно знать. Благодарю вас.
— Да что ж вы знаете? Я вам только еще говорила, что они очень любят друг друга и совершенно счастливы своими отношениями.
— Больше мне и не нужно было ничего знать. Впрочем, это я всегда знал сам.