Наталья Богдановна. Я пришла к вам... сказать вам, что люблю вас... Я пришла к тебе... отдаться тебе... чтобы ты не мог сомневаться в моей любви к тебе... безграничной... безграничной... я обманывала тебя... (рыдания, постепенно доходящие до спазм) о, как я страдала, мой милый... о, как я буду страдать... мой милый, мой милый (ноги ее подкашиваются, Полянский подхватывает ее на руки и сажает. Совершенно растерявшись мечется, не зная, как ухаживать за нею. Между тем в дверь выглядывает Востронюхов, убегает и через минуту входит с флаконом.)
Явление 3
Те же, Востронюхов.
Востронюхов. Вукол Пантелеич говорит, что я могу войти, что по моему расположению к вам (между тем отдает флакон) это будет не в продерзость перед вами, Аркадий Тимофеевич, когда нужно подать помощь (между тем Полянский дает ей нюхать, целует ее руки. Она начинает оправляться. После некоторой паузы, видя что она пришла в сознание). Не извольте беспокоиться, сударыня, -- этого никто из благородных людей не может поставить в предосуждение, потому что какая же дама или благородная девица может жить на свете, иначе, когда так всеми принято? А на счет меня будьте без сомнения: как бы нет у меня ни глаз, ни языка, и особенно при моем расположении к Аркадию Тимофеевичу. Ну, слава богу, сударыня, теперь вы поправляетесь, и больше я не нужен. Желаю, чтобы все было отныне счастливо для вас, как того достойны вы и Аркадий Тимофеевич, и как без сомнения и будет. А если что понадобится, Аркадий Тимофеевич, то потрудитесь кликнуть меня: я тут подле буду (уходит).
Явление 4
Полянский, Наталья Богдановна.
Полянский (целуя ее руки и обнимая ее колени). Милая моя... Милая моя... Мы уедем за границу, он будет бессилен мешать нашему счастью.
Наталья Богдановна (закрывает лицо руками, слабым, но решительным голосом). Нет, мой милый, я возвращусь к нему. Я сказала тебе, что я люблю тебя, -- и не могла перенести мысли, что ты будешь презирать меня, я пришла сказать тебе, что я умела ценить твое сердце, что я люблю тебя, -- но я должна возвратиться к нему... несчастная... несчастная...
Полянский. Нет, Наташа, ты не пожертвуешь нашим счастьем предрассудку, пустому мнению света. Ты не покинешь меня, я не пущу тебя.
Наталья Богдановна. Я возвращусь к нему. Я должна возвратиться к нему. И ты, мой милый, не будешь удерживать меня. Не по предрассудку, мой милый, не по боязни общественного мнения, -- нет, мой милый. Твое сердце оправдает меня. Что было бы тогда со всеми моими?