— А вам трудно, что я позирую одетою?
— Д-да, если хотите… Ну да ничего. Все в глазах и в общем выражении лица. Это не будет беспечное воздушное существо; что-то предательское будет в ее улыбке и беспощадное в широко раскрытых глазах.
— Тогда это будет не сильфида, а ведьма.
— И пусть. Я не знаю еще, что будет. Но я бесконечно благодарен вам.
Он опять поцеловал ее руку.
— Если вы увлечетесь мною, ничего не выйдет.
— Ах, я и сам боюсь этого, — с неожиданною для нее искренностью воскликнул он.
— Ну, Бог даст «образуется», — засмеялась она и встала.
— Уже? — спросил он, огорченный.
— Да, пора к обеду. Прощайте! В эти часы вы всегда дома?