Агент реформистов растерянно взглянул на него, но Фишер не дал ему ответить и продолжал так же медленно:
- Как ни трудно в это поверить, я еще не потерял совести и меня терзают сомнения. Например, мы оба хотим провалить Вернера, но как? Я слышал о нем пропасть сплетен, но можно ли пользоваться сплетнями? Я хочу вести себя честно и с вами и с ним. Если хоть часть слухов верна, перед ним надо закрыть дверь парламента, как закрыли бы дверь любого клуба. Но если они неверны, я не хочу ему вредить.
Тут боевой огонек вспыхнул в глазах Грайса, и он заговорил пылко, если не сказать - гневно. Он-то не сомневался, что все рассказы верны, и подкрепил их собственными. Вернер не только жесток, но и подл, он разбойник и кровопийца, он дерет с крестьян три шкуры, и всякий порядочный человек вправе от него отвернуться. Он выжил старика Уилкинса с земли подло, как карманный вор; он довел до богадельни тетку Биддл; а когда он вел тяжбу с Длинным Адамом, браконьером, судьи краснели за него.
- Так что, если вы встанете под старое знамя, - бодро закончил Грайс, - и свалите такого мерзавца, вы об этом не пожалеете!
- Но раз все это правда, - сказал Фишер, - вы расскажете ее?
- То есть как это? Сказать правду? - удивился Грайс.
- Сказали же вы мне, - ответил Фишер. - Расклейте по городу плакаты про старика Уилкинса. Заполните газеты гнусной историей с тетушкой Биддл. Изобличите Вернера публично, призовите его к ответу, расскажите про браконьера, которого он преследовал. А кроме того, разузнайте, как он добыл деньги, чтобы купить землю, и открыто скажите об этом. Тогда я стану под старое знамя и спущу свой маленький вымпел.
Агент смотрел на него кисловато, хотя и дружелюбно.
- Ну, знаете!.. - протянул он. - Такие вещи приходится делать по правилам, как положено, а то никто ничего не поймет. У меня очень большой опыт, и я боюсь, что ваш способ не годится. Люди понимают, когда мы обличаем помещиков вообще; но личные выпады делать непорядочно. Это - удар ниже пояса.
- У старого Уилкинса, наверное, пояса нет и в помине, - сказал Фишер. - Вернер может бить его куда попало, никто и слова не скажет. Очевидно, главное - иметь пояс. А пояса бывают только у важных персон. Может быть, - задумчиво прибавил он, - так и надо толковать старинное выражение "препоясанный граф", смысл которого всегда ускользал от меня.