— Вернемся в комнату, — добавил он.
— Случалось вам читать о смерти Денди? — спросил он, когда они снова уселись. — Помните, Грэхем из Клэверхауза, он преследовал пресвитериан в Шотландии и скакал на черном коне, которому были не страшны никакие пропасти? Его могла взять лишь серебряная пуля, потому что он продал душу черту! В одном отношении с вами, пожалуй, приятно иметь дело — вы достаточно знаете, чтобы верить в черта.
— О да! — согласился отец Браун. — В черта я верю. Но зато я не верю в Денди. По крайней мере, в Денди пресвитерианской легенды с его кошмарным конем. Джон Грэхем был просто солдатом семнадцатого столетия и лучше многих других. Если он кого-то преследовал, то потому, что был драгуном, не драконом. Судя по моему опыту, продают душу черту вовсе не такие бахвалы и вояки. Те поклонники его, каких я знавал, были люди совсем иного сорта. Не касаясь имен, которые могли бы ввести в смущение, упомяну лишь о современнике Денди. Слыхали вы о Дэлримпле из Стейра?
— Нет, — мрачно уронил Элмер.
— Во всяком случае, вы слыхали о том, что он сделал, — продолжал отец Браун. — Это было хуже всего, когда-либо сделанного Денди. Он устроил бойню в Гленкоу. Человек он был ученый, сведущий юрист, государственный муж с очень широкими взглядами, притом — тихий человек, с лицом тонким и умным. Вот такие-то люди и продают душу черту.
Элмер привскочил на месте и пылко закивал головой.
— Ей-богу, вы правы! — крикнул он. — Тонкое умное лицо! У Джона Стрейка именно такое лицо.
Тут он поднялся и некоторое время странно, сосредоточенно всматривался в отца Брауна.
— Если вы немного подождете меня здесь, я покажу вам кое-что, — сказал он наконец.
Элмер вышел снова в среднюю дверь, прикрыв ее за собой.