Смуглая девушка встала и подошла к окну. Что-то тяготило ее, но не молодой воздыхатель был причиной ее тревоги. Когда она наконец решительным движением отвернулась от окна, то с изумлением увидела, как он аккуратно расставляет на столе сласти: пирамиду конфет в ярких обертках, тарелки с бутербродами, два графина с портвейном и хересом, незаменимых в кондитерском деле, а посередине красуется главное украшение витрины — огромный торт в белой глазури.
— Что вы задумали? — воскликнула девушка.
— То, что должно, дорогая Лаура, — начал Энгус.
— Постойте, — перебила она, — и, ради Бога, оставьте этот тон. Я спрашиваю, что все это значит?
— Свадебный пир, мисс Хоуп.
— А это? — Лаура нетерпеливо указала на сахарную гору.
— Свадебный торт, миссис Энгус.
Лаура решительно подошла к столу, подняла торт и с грохотом водрузила обратно на витрину. Вернувшись, она оперлась локотками о стол и смерила юношу довольно благосклонным, хотя и сердитым взглядом.
— Вы не дали мне времени на раздумья.
— Я же не глупец, — отозвался Энгус. — Так далеко мое христианское смирение не простирается.