— Да, — ответил отец Браун. — Мне по душе люди, которые признают себя глупцами и разинями.

— Не понимаю вас, — резко заявил его собеседник.

— Наверное, дело в том, что мир полон глупцами и разинями, которые себя ими не признают, — со вздохом промолвил отец Браун и, помолчав, добавил: — Но даже если он глупец и разиня, отсюда не следует, что он убийца и лжец. И не забывайте, что есть документ, подтверждающий его рассказ: письмо, где миллионер говорит о своем мстительном брате. Пока вы не доказали, что оно поддельное, вам остается признать, что Брюса, возможно, и впрямь преследовал человек, у которого был реальный мотив. Вернее, мне следовало сказать, реально задокументированный мотив.

— Я не совсем понимаю ваши слова о мотиве, — заметил инспектор.

— Ах, любезный, — проговорил отец Браун, от нетерпения срываясь на фамильярность. — Какой-нибудь мотив есть у всякого. Учитывая, как Брюс сделал состояние, как вообще миллионеры зарабатывают деньги, любой захотел бы сбросить его в море. Для многих такой поступок стал бы почти машинальным. Мистер Тейлор мог бы его убить…

— Что?! — воскликнул мистер Тейлор, и его ноздри заметно расширились.

— Я мог бы его убить, — продолжал отец Браун, — nisi me constringeret ecclesiae auctoritas[119]Если бы мне не воспрещал того авторитет церкви (лат.) — измененная цитата из блаженного Августина «Ego vero Evangelio non crederem; nisi me catholicae Ecclesiae commoveret auctoritas» («Я не верил бы и в само Евангелие, если бы к тому не побуждал меня авторитет вселенской церкви»).. Всякий, кроме истинного праведника, испытал бы желание восстановить справедливость таким простым, таким очевидным способом: я, вы, мэр города или торговец оладьями. И лишь один человек никогда бы этого не сделал: частный сыщик, которому Брюс обещал пять фунтов в неделю.

Секретарь мгновение молчал, затем фыркнул и проговорил:

— Если вы о предложении в письме, то прежде стоит на него глянуть. Быть может, вся история сфабрикована от начала и до конца. Ваш сыщик даже не скрывает, что исчезновение горбатого великана неправдоподобно и необъяснимо.

— Да, — ответил отец Браун, — это мне и нравится в Магглтоне. Он ничего не скрывает.