— Знаете, — проговорил он робко, словно кролик, — мне что-то не нравится их вид.
— Боже правый! Да кому он понравится? — воскликнул высокий, оказавшийся Магистром, главой Мандевильского колледжа. — В конце концов, у нас найдется несколько состоятельных людей, которые не наряжаются, как манекены.
— Вот, — тихо сказал маленький священник. — Вот именно. Как манекены.
— О чем это вы? — резко спросил средний.
— Они похожи на страшных восковых кукол, — едва проговорил священник. — Понимаете, они не шевелятся. Почему они не шевелятся?
Внезапно стряхнув замешательство, он бросился через сад и тронул за локоть немецкого барона. Немецкий барон как сидел, так и свалился. Ноги в черных брюках торчали, словно ножки кресла.
Мистер Гидеон Р. Хейк обозревал сады колледжа стеклянным взором; он и впрямь был похож на восковую куклу, а у них ведь стеклянные глаза. Как бы то ни было, в ярком вечернем свете, на фоне пестрого сада он и впрямь казался щегольски одетой куклой, марионеткой из итальянского театра.
Коротышка в черном — священник по имени Браун — на всякий случай тронул миллионера за плечо. Миллионер свалился, не меняя позы, будто он весь был вырезан из цельного куска дерева.
— Rigor montis[122]Rigor montis. — Оцепенение смерти (лат.)., — произнес отец Браун. — И так быстро… Это уже серьезно.
Причина, по которой первые трое увидели двух других столь поздно (если не слишком поздно), прояснится, когда мы расскажем, что же произошло в здании, по ту сторону тюдоровой арки перед тем, как все они вышли в сад. Они обедали вместе за главным столом профессорской столовой; но иностранные филантропы, рабы своего ревизорского долга, важно удалились в часовню осматривать очередную галерею и очередную лестницу и пообещали присоединиться к остальным в саду, чтобы так же скрупулезно исследовать здешние сигары. Остальные, будучи людьми более здравыми и почитавшими традицию, собрались за узким дубовым столом, вокруг которого после обеда разносили вино. С тех пор как в Средние века сэр Джон Мандевиль основал колледж, считалось, что вино вдохновляет рассказчиков.