****** Ibid. Cap. IV. § 75.
______________________
Нетрудно видеть, что означенные начала честного, достойного и правомерного, в сущности, совпадают с теми ступенями нравственности, которые мы видели у Лейбница. Различие заключается в том, что у Томазия честная жизнь касается исключительно внутреннего строения человека, а не отношения его к Божеству. У Томазия, как и у Лейбница, нет речи об удовлетворении человеческих влечений; напротив, честность заключается именно в борьбе с страстями*. Одни глупые думают, что удовлетворение страстей утоляет их, тогда как оно, напротив, их увеличивает**. Поэтому норма мудрого состоит отнюдь не в выборе наслаждений, как у чистых индивидуалистов, а в нравственных правилах относительно себя и других. Правило честного следующее: "Что ты хочешь, чтобы другие тебе делали, то ты сам себе делай". Правило достойного: "Что ты хочешь, чтобы другие тебе делали, то и ты им делай". Наконец, правило правомерного: "Чего ты не хочешь, чтобы другие тебе делали, того и ты им не делай"***. Из первого вытекает предписание раскаиваться в своей глупости, бороться со страстями и направлять свои действия к цели, которой страсти напрасно стараются достигнуть; из второго вытекает отречение от своих прав в пользу других, прощение обид, старание делать все приятное другим; наконец, из третьего - предписание не нарушать чужих прав, ибо все одинаково люди****. Эти три разряда правил Томазий то представляет в виде ступеней, идущих от низшего совершенства к высшему*****, то, напротив, он ставит их параллельно, утверждая, что одно не подчиняется другому, ибо если бы правила правомерного всегда должны были уступать правилам достойного, то не было бы наказания преступников, если наоборот, то не было бы помилования. Поэтому здесь необходима мудрость, которая одна указывает на ограничения и дополнения правил. Один мудрый в состоянии оценить и взвесить все обстоятельства******. Очевидно, что тут опять является противоречие между юридическим началом и нравственным, противоречие, которое нравственная теория никак не в состоянии разрешить. Поэтому Томазий принужден окончательно положиться на суждение мудрого, что, в сущности, означает только отсутствие твердых принципов.
______________________
* Ibid. Cap. VI. § 43-55.
** Ibid. Cap. III. 39.
*** Ibid. Cap. VI. § 40-42.
**** Ibid. § 43-63.
***** Ibid. § 78-79.
****** Ibid. § 66-69.