Такой именно характер носит на себе учение двух знаменитых юристов второй половины XVIII века, Ахенвалля и Пюттера, которые общими силами разрабатывали теорию естественного права. С одной стороны, во имя юридических начал, они усвоили себе воззрение обоих Кокцеи, которое давало им точку опоры для внешнего разграничения двух областей, с другой стороны, во имя нравственных требований они держались начал, положенных Лейбницем и Вольфом. Отсюда выходило смешанное учение, лишенное всякой глубины и последовательности. Беглый взгляд на главные основания их теории подтвердит это суждение.

Ахенвалль и Пюттер в 1750 г. издали вместе сочинение под заглавием "Естественное право" (Ius Naturae), в котором общая часть и изложение гражданских отношений принадлежали Ахенваллю, а учение об обществе Пюттеру. Впоследствии Ахенвалль переработал эту книгу и напечатал ее под собственным именем. Кроме того, он издал отдельное "Введение в естественное право" (Prolegomena Iuris Naturalis), где он изложил философские основания своей теории. В последнем сочинении заключается главное, на что мы должны обратить внимание.

В основание своего учения Ахенвалль полагает понятие о законе, от которого производится обязанность. Вместе с Лейбницем и Вольфом он определяет обязанность как нравственную необходимость, истекающую из разумного побуждения, т.е. из известной разумной цели*. Это побуждение есть представление добра. Человек по самой своей природе стремится к добру и избегает зла; поэтому представления добра и зла служат побуждениями воли. Истинное добро, которое указывается разумом, есть совершенство. Верховный закон, обязательный для человека, состоит в совершенствовании самого себя. Это центр и фокус всех других законов**.

______________________

* * Prolegomena Iuris Naturalis. § 12,13.

** Ibid. § 23.

______________________

Все это прямо заимствовано у Вольфа, на которого ссылается Ахенвалль. Но затем он дает этим началам совершенно другой оборот. Добро и зло, говорит он, которые следуют за действиями человека, являются заслуженными, т.е. они представляются как награды и наказания. Следовательно, человек побуждается к действию желанием награды или страхом наказания. Без этого уничтожается обязательная сила закона, ибо исчезает само побуждение к действию*. Исходя отсюда, Ахенвалль разделяет закон на божественный и человеческий, один, охраняемый наградами и наказаниями божественными, другой - человеческими. Нравственная обязанность в тесном смысле, т.е. та, которая связывает совесть, определяется прямо как обязанность действовать сообразно с волею Божьею**. В этом состоит нравственный закон, который, насколько он познается одним разумом без помощи Откровения, называется законом естественным. Поэтому верховное начало естественного закона может быть выражено так: "Действуй сообразно с волею Божьею". И это начало Ахенвалль называет центром и фокусом всех других законов***. Сам закон совершенствования и обязанность определять свои свободные действия одинаковыми конечными целями с действиями естественными, выводятся как последствия этого общего правила****. Таким образом, начало совершенствования, которое сперва было положено в основание, становится выводом и превращается в начало подчиненное*****. Ахенвалль, по-видимому, даже и не замечает скрывающегося тут противоречия. У него две совершенно противоположные нити мысли идут рядом без всякой попытки связать их между собою. Он прямо от одного положения делает скачок к другому, объясняя только, что естественный закон есть не простой совет, а настоящий закон в юридигеском смысле, ибо он установляется высшим и сопровождается наградами и наказаниями******. Такое понятие, замечает при этом Ахенвалль, весьма приходится тем, которые изучают положительное право; оно обильно последствиями, ибо из сходства естественного закона с гражданским можно вывести самые полезные заключения*******. Нельзя сказать, что это понятие удовлетворительно и в философском отношении. Сами юристы едва ли могли одобрить приложение эпитета "юридигеский" к закону, не имеющему принудительного характера. Это опять другим путем вело к смешению начал права и нравственности. Поэтому для более точного разграничения обеих областей Ахенвалль принужден делать новые различия.

______________________

* Ibid. § 20, 27, 55.