Все означенные понятия выводятся двояким путем: смутно из опыта и ясно путем философским. Ежедневный опыт убеждает нас, что есть много вещей, которые содействуют сохранению и удобству жизни. Таковы одежда, пища, жилище, сюда же принадлежат и взаимная помощь людей. Опыт убеждает нас также из очевидного сходства людей между собою, что это блага общие всем, наконец, из него же мы узнаем, что нет лучшего ограждения и украшения жизни, как доброжелательство других*. С другой стороны, философское размышление ведет нас к познанию причин сохранения и разрушения вещей. Первые мы называем добром, вторые злом. В приложении к человеку естественным добром называется все, что необходимо ведет к сохранению и улучшению его жизни**. Этим естественное добро отличается от нравственного, которое состоит в сообразности действий разумных существ с общим законом. Но так как закон всегда имеет в виду какое-нибудь естественное благо, общее всем, то понятие о нравственном добре окончательно сводится к добру естественному. Отсюда можно видеть, как несправедливо мнение Гоббса, который добром считает то, что составляет для каждого предмет желаний. В действительности, вещь не потому считается добром, что человек ее желает, но она желательна, потому что она добро, т.е. что она сохраняет природу человека***. Из этого ясно также, что понятия о добре и зле необходимы и неизменны, ибо вещи производятся, сохраняются и разрушаются посредством известных движений, а движения зависят от своих причин в силу необходимых геометрических теорем; поэтому если теоремы справедливы, то и действия естественного добра совершенно непреложны****.
______________________
* Ibid. § 14.
** Ibid. § 17, 18.
*** Ibid. Ch. III. § 1, 2.
**** Ibid. Ch. I. § 20.
______________________
И здесь опять мы можем заметить, что у Кумберланда, так же как у Гоббса, все нравственные понятия приводятся к сохранению природы и к механическим движениям. В подтверждение своих взглядов Кумберланд ссылается даже на гипотезу Декарта, который рассматривал Вселенную как машину, в которой все изменения происходят в силу законов движения*. Но в отличие от Гоббса, Кумберланд не ограничивает своей теории самосохранением единичного существа. Он прямо возвышается к общей системе движений, в которой целое сохраняется совокупным действием частей, и наоборот, сохранение частей зависит от сохранения целого. Природа, говорит он, у всех людей одна, поэтому и понятия о естественном добре, т.е. о причинах, сохраняющих природу, одинаково прилагаются ко всем. Кроме того, как движения телесных частиц распространяются на соседние тела, так и действия человека могут иметь последствия не только для него самого, но и для других. Несмотря на ограниченность своих сил, человек может делать добро другим. Отсюда естественным путем возникает в разуме понятие об общем благе, которое производится действием многих сил. Отсюда и необходимое заключение, что величайшее благо есть благо целого, в котором содержится благо частей**.
______________________
* Ibid. § 25.