В этот день перед закатом набежала небольшая тучка, и мелкий дождик сквозь солнце зашуршал по листве орешника и дуба. Соня и Надя чему-то очень обрадовались и, бегая под окнами с открытыми головами, в два голоса припевали:
Дождик, дождик, пуще!
Дам тебе я гущи...
-- Э-эх, баловницы! -- послышалось с балкона добродушное ворчание старушки-няни. -- Лучше бы вот цветы помогли выставить на волю...
Соня вспомнила о своей Розе и стремительно кинулась в комнаты.
Спустя несколько минут Роза стояла на лужке возле того самого кустика, в котором пел утром соловей.
* * *
Солнце спряталось за горы.
Длинные тени упали от них на заснувшую воду. Прозрачные облачка зарделись ярким румянцем. На небосклоне мигнула первая вечерняя звездочка.
Дачники были на рыбной ловле. Соня, отправляясь туда, впопыхах забыла о Розе. А Розе -- так хорошо, она так счастлива: возле нее, почти рядом, на тонкой покачивающейся ветке орешника сидит соловей и поет ей о просторе необозримых полей и зеленых долин, о лесной чаще, о журчащих ключах студеной воды; он рассказывает ей о голубой заманчивой дали, о глухом, угрюмом боре; он поет ей дивные песни о свободе...