В это время к дому приближалась тонкая военно- выправленная фигура Тычкина.
Индейский петух счел своей обязанностью громко пробормотать: "Здравия желаю, ваше брр-е!"
Звуки фортепиано вдруг смолкли, и из окна высунулась русая головка девушки.
-- Ах! -- испуганно вскрикнул тонкий пискливый голосок, и головка спряталась. -- Нельзя!.. Мы сейчас! Погодите! -- донесся голосок через занавесочку.
-- Пардон-с! Я, кажется, не вовремя... -- с улыбкою на устах проговорил Тычкин, прикладывая к козырьку фуражки свои тонкие, украшенные кольцами пальцы.
-- Нет, нет!.. Ничего. Мы сейчас... -- пискнула Наденька.
-- Погодите!.. Не уходите! -- перебила ее Варенька.
Тычкин присел на лавочку, под окнами, и стал стряхивать надушенным носовым платком пыль со своих востроносых ботинок... Потом закурил тончайшую папиросочку, и вполголоса замурлыкал: "Ми-и- лая, ты услы-ы-ышь мепя-я-я..."
Недоносковы не заставили себя ждать: не успел Тычкин начать "под окн-о-м тво-и-м", как головка Наденьки, с алою розою в русых волосах, выпорхнула из-за занавесок, а губки жеманно произнесли:
-- Можно!