– Неужели самовар опять?.. Спокою нет от самоваров ваших…
– Спите, спите!.. Никаких самоваров не потребуется…
– Уснешь с вами!..
– Геннадий, можно!..
Вхожу за Игнатович в комнату и прежде всего встречаю глаза Зои, большие, горящие испугом глаза под накинутой на голову шалью. Она сидит на кровати, неподвижная, с тревожным вопросом во всей фигуре.
– Скверно, господа!.. Николай Иванович взят, я – последняя ночь на воле…
– Боже мой! – прошептала Зоя, и, вскочив с кровати, села рядом со мной и прижалась, вздрагивая плечами и кутаясь в шаль.
– Что же делать, Геннадий?..
Игнатович злобно посмотрела на Зою и огрызнулась:
– Сидите уж… Без вас обойдутся…