— И рад бы в рай, да грехи не пускают! — вздохнувши, сказал он многозначительно.
Тыркин понял, разгладил бороду и тоже многозначительно ответил:
— Это ведь, Павел Николаевич, только в ад загоняют, а чтобы в рай войти — стучаться надо. Стучите, и отворится вам![189] Важно, чтобы своя охота была.
Все в три голоса стали упрашивать, утверждая, что все Павла Николаевича уважают и желают иметь председателем земской управы. Павел Николаевич усомнился: среди дворянства у него немало недоброжелателей, назвал три фамилии.
Тыркин ухмыльнулся:
— Не опасны для тебя.
Похлопал Павла Николаевича по коленям, показал сжатый кулак:
— Вот где они сидят, все трое!
— Наконец, со стороны губернатора…
— А уж это мы поглядим, — многозначительно перебил Тыркин.