— Опять, видно, по тюрьме соскучился?
Тот виновато улыбнулся и развел руками:
— А что я говорил? Я молитву Господню толкую.
Толпа поддержала Синева:
— Ничего худого этот человек не говорил. Про божественное наши разговоры…
Ваня со спутницами ушли, а тут шептаться начали:
— Что господа, что попы, что урядники — все одно.
— Друг за дружку вступаются…
— Не хотят, чтобы на земли яко на небеси было…
— И правду сказал человек этот: они правду-то съели!