Павел Николаевич точно родных принял: со всеми за руку подержался, по креслам их рассадил, прямо не нарадуется гостям. А мужики себе науме. О манифесте ни слова. Окольными путями подходят:
— Ну, как жив-здоров?
— Спасибо, старики!
— Ну ведь ты сам-то уж вон седой… И тебе, и нам помирать время приходит…
— Поживем еще, старики. Куда торопиться.
— Это правильно. Живой о живом и думает… Та-ак…
— А мы насчет аренды пришли. Ведь земля таперь тебе с Григорием Миколаичем принадлежит… Ходили это мы к нему, а он сказывает, что окромя хутора он ничем не владеет… Выходит. что ты один владетель-то!
— Покуда и я — не владетель: завещание еще не утверждено. Всякие непорядки по городам задержали. И потом, оспаривается внуком наследницы…
— Та-ак… Стало быть, выходит, нет хозяев-то?
— Хозяева имеются, но законом еще не признаны, не утверждены должным законным порядком…