— Бабы мутят маленько… Малолюдно, дескать, было, не всем миром, значит.
— А мы что же? Мы не препятствуем, строй!
— Стройте сами, я дам лесу и поставлю печь. А труд ваш.
— Почему для вашей милости не потрудиться?
— Не для меня будете трудиться, а для себя. Не я, вы будете мыться!
— Правильно.
Мужики ушли. «Кажется, уговорил-таки», — думал Павел Николаевич.
А мужики после этого такой разговор вели между собою:
— И почему им охота нас в бане мыть? Своего, говорит, лесу не пожалею, печь и котел поставлю, только стройте…
— Что-нибудь не зря же.