-- Оставьте, пожалуйста; -- как-то просяще выговорил Николай Семенович, и тон фразы был так неопределенен, что как Свищев, так и Куропаткин не могли отнести ее по своему адресу...
-- И где они такие книги достают?.. Начитаются всякой критики, а потом -- скандалят... Хоть бы родителей пожалели!.. Их поят, кормят, а они -- изволь!.. Родителям -- на утешение, церкви и отечеству -- на пользу!.. Запрещенные ведь, Николай Семеныч, книги-то... Надо взять... Где вы взяли их? -- закончил Куропаткин, Обращаясь к Мишелю.
-- Купил...
-- Не следует, не следует... -- бурчал Николай Семенович, поднимаясь со стула.
Куропаткин схватил со стола коробку с папиросами и спрятал в собственный карман, а книги взял под мышку.
-- Оставьте! -- ласково шепнул ему Николай Семенович. Но Куропаткин или не слыхал, или делал вид, что не слышит.
Наставники вышли в переднюю, а Мишель остался в своей комнате. Он брякнулся в кровать и притих, прислушиваясь к шагам и голосам в передней. 'Гам Куропаткин разговаривал с Машкой:
-- Поздно не ходят?
-- Всяко бывает.
-- Курит?