— Сергеевна!
— Зоя Сергеевна… Я с вами знакома… И давно уже… По портрету…
— Я тоже о вас слыхала, — сказала Зоя, вычерчивая на песке зонтиком замысловатые фигуры.
— Дурное или хорошее?..
Зоя перебрасывалась словами с Калерией, а я потерял способность речи и растерянно улыбался, не желая улыбаться, и стоял около Калерии, не желая стоять, и смотрел на нее, не желая смотреть. Оживленная, порывистая, говорливая, находчивая и хитрая, она так рада за наше счастье и так завидует нам обоим, потому что мы такие юные, чистые и так подходим друг к другу. «Словно созданы Богом один для другого!..» Зоя с каким-то изумлением смотрит на Калерию, качает головой, благодарит, изредка на ее губах скользит неопределенная улыбка, какой я раньше не замечал на ее лице, хвалит ее ребенка.
— А вы уже успели с ним познакомиться!.. Знаешь, Геня, я назвала его Геннадием… В твою честь… Доволен?..
Я кивнул головой, встретился глазами с Калерией и почувствовал, как загорелись стыдом мои щеки и как мутится мое сознание…
— Посмотри, похож он… на меня?
— У него ваши глаза, — сказала Зоя.
— Да, твои глаза, Калерия… Владимировна…