— От господина полковника! — заявил солдат.
— А нам?
— А вы и водицы похлебаете.
— Почему вам такое исключение?
— Я не знаю… Пейте кто-нибудь. Я не буду.
— Пусть пьет, кто заслужил!
Такое внимание к Веронике сразу показалось всем сестрам подозрительным: или «выдает», или «передалась белым», или и раньше только прикидывалась красной, а была «белогвардейской шпионкой». Сразу отделили, поговорили с ней по секрету и опять к ним подсадили. Сестры насторожились, стали враждебно и подозрительно поглядывать на Веронику. Шептались: одна и раньше догадывалась, что это не «свой человек» — так оно и оказалось.
В полдень прислали обед, и Веронике опять наособицу и даже салфетку дали. А вечером пришел сам полковник, поздоровался за руку с одной Вероникой Владимировной и поздравил:
— Вы свободны!
— А мы?