— Теперь можно.
Быстро заколотили и забросали ребята гроб, насыпали бугорок над могилой и ушли. Старушка с Ладой долго сидели, смотря в землю, поглотившую дорогого человека, девочка звала домой, ей надоело.
— Ладочка! Ты иди, а я немного тут посижу…
Только вернувшись домой и не увидев на столе гроба, Лада вдруг почувствовала, что потеряла отца, дорогого «папочку», которого всю жизнь любила… Нет больше «папочки»! Точно фундамент из-под жизни вытащили… Как же теперь без «папочки»? Тоска хлынула в душу, и в первый раз после смерти отца Лада разрыдалась, упав головой на опустевший стол в зале… Видя плачущую мать, заплакала и девочка…
— Папочка! Папочка! — захлебываясь слезами, говорила Лада, пряча лицо в изгибе своей руки, а девочка тянула ее за другую руку:
— Мамуся! Мамуся!..
Вернулась старушка, прошла в свою комнату, увидала пустую кровать старика и колоду карт на подоконнике — пасьянсы старик раскладывал — и, присев на свою кровать и глядя на карты, стала всхлипывать:
— Карты-то остались… а его-то нет!..
Точно от всей долгой-долгой жизни вместе остались только карты…