Мы шли по темному плесу. Выше по течению, у быстрины тянулся белый туман. К берегам здесь прибило пену и, казалось, что это крахали* (*Крахаль — водоплавающая птица из семейства уток) сидят у воды. Над нами с шумом проносились летучие мыши. Иногда из воды выскакивали ельцы, а за ними падали, как огромные камни, таймени.
Тоспан сердито, вполголоса, распоряжался:
— Шесты возьмите с другого конца. Услышат в улусе, невесту спрячут.
Над юртами летели искры, темными столбами поднимался дым. Был слышен смех детей, изредка — скрип дверей.
Мы остановились ниже улуса, причалили лодки и поднялись на яр. Здесь, в лесу, Тоспан решил подождать своих людей, шедших пешком.
Тоспан, Алексей и Николай легли под кедрами.
Астанчи пошел в лес. Я отправился вслед за ним. Астанчи тихо напевал песню. Я слушал ее и думал о Шолбан. Теперь силы у Тоспана хватит. Он увезет Шолбан, быть ей, против воли, женой Тоспана.
Астанчи пел:
Когда тальник желтеет —
Об этом болото знает,