Вечером он побежал на чердак, улегся и стал ждать. Вот в его комнату опять скользнул яркий лунный луч, который прорвался из-за далекого облака, и через минуту перед Жаком уже была широкая серебристая дорожка, и чей-то голос шептал ему: "Иди, иди".
Жак уже знал, что его зовет лунная страна.
Он опять пошел по дороге, опять увидел остров, серебряную дверь, чудный сад, как бы посеребренные таинственные деревья, голубоватые цветы, которые сами протягивали к нему свои венчики и звенели тихими нежными голосами, изумительных пташек и серебряных бабочек, изумрудных жуков, ласковых зверьков, ручей и блестевшие в нем жемчужины.
Каждую ночь повторялось то же самое. И с каждым днем Жак становился все сильнее и здоровее. Через какое-то время его совсем нельзя было узнать. Старый Клод только дивился:
-- Работает мальчик все лучше. Кормить его, говоря правду, мне приходится плохо не от скупости, а от бедности. От неудач я часто сержусь, сдерживаться не умею и нет-нет да и оттаскаю его за уши, а он ничего себе, расцвел, как маков цвет.
Однажды, когда Жак был в дивном саду лунной страны, он услышал тихие голоса, которые со всех сторон шептали ему:
-- Довольно, довольно. Прощай, прощай...
Жак прислушался, огляделся и понял, что цветы, травы, камешки, жуки, птички, бабочки и зверушки прощаются с ним.
В ту же минуту он заметил, что травки тянутся к нему тонкими былинками, что серебряные кусты поворачивают к нему свои листики, что цветы склоняют перед ним красивые чашечки, что маленькие серебристые зверушки, смешно приподнимаясь, кивают ему головками и машут лапками -- как бы шлют ему прощальный привет.
Грустно стало Жаку. Все в лунной стране как бы говорили ему, что он не скоро вернется в этот дивный сад, а может быть, не вернется никогда. Задумчиво, с низко опущенной головой Жак шел по серебристому песку и вдруг остановился. Что-то загородило ему дорогу. Он поднял голову и увидел, что два стебля растений, росших по обе стороны дороги, переплелись над ней. На каждом из них колыхались дивные цветы и тоже как бы тянулись к нему.