-- Мне нужно тебе слово молвить!
-- Какое такое слово?
-- Важное, воевода, слово, при народе молвить-то его непригоже!
Воевода отошёл со Всеволожским в сторону. Всеволожский быстро, торопливо начал передавать ему цель своего пребывания; чем дальше говорил он, тем подозрительнее и недоверчивее относился к его рассказу называвший себя воеводой.
-- Так ты говоришь, что у князя дружина не велика? -- спросил он, когда Всеволожский кончил.
-- Махонькая, всего-то будет человек двести, не более, расправиться будет вС как легко!
-- У нас народу немного, -- задумчиво проговорил швед. -- А скажи мне, боярин, зачем ты выдаёшь своих, продаёшь их?
Краска бросилась в лицо боярину, злобой блеснули его глаза, кулаки сжались.
-- Отчего? -- переспросил он. Отчего? А оттого, что я ненавижу князя!
-- Ну, за твои речи, боярин, тебе спасибо великое, -- говорил швед, -- только ты нас не обессудь, не во гнев тебе будь сказано, отпустить я тебя не отпущу пока что, а ты побудь с нами.